Бизнес Ресурс

Проблема советской индустриализации. Часть пятая

Советские тракторные заводы были изначально построены для работы на два фронта. Из одних цехов выходили тракторы, а из других - танки

2026-09-27 12:34

Сталинградский тракторный завод (70) был первым из трёх крупных советских тракторных заводов, имевших возможность производить танки. В мае 1931 года специалист по цепным конвейерам Эллвуд Т. Рисинг, устанавливавший в Сталинграде конвейерную систему (которую Ленин когда-то назвал квинтэссенцией капиталистической эксплуатации), сообщал, что незадолго до его отъезда на заводе велась подготовка к производству «малых танков».(71)

В феврале 1932 года американский инженер из Нью-Йорка А. Вишневский, после завершения контракта с Тракторстроем, сообщал, что в Сталинграде «упор делался на производство танков, а не тракторов». По его мнению, «развитие тракторного производства там [было] рассчитано на то, чтобы привести к производству танков». (72) К началу Второй мировой войны Сталинградский тракторный завод уже частично перешёл на производство танков Т-34/76. Это танк Т-34 с семидесяти шести миллиметровой пушкой. В 1941 и 1942 годах он стал основным производителем танков Т-34, в то время как другие танкостроительные заводы европейской территории СССР вместе с рабочими и техникой эвакуировались за Урал. Производство продолжалось до тех пор, пока немецкие войска не штурмовали сам завод в конце 1942 года. (73) Он стал одним из мест решающей Сталинградской битвы, где в январе 1943 года победа Красной Армии над нацистами переломила ход Второй мировой войны. (74) (рисунок 10).

В ноябре 1942 года, за несколько недель до смерти Альберта Кана, Малкольм У. Бингей — главный редактор газеты *Detroit Free Press* и близкий друг Кана — спросил его, удивило ли его то, как русские сдерживали натиск нацистов. Кан рассказал, что, когда советские заказчики настаивали на строительстве заводов «с невероятно мощными фундаментами и использованием дополнительного металла во всей конструкции», он говорил им, что в этом нет необходимости; а когда они с улыбкой упоминали суровые русские зимы, он думал, что они «просто сумасшедшие». Мориц Кан первым понял истинную причину таких требований: «Альберт, — сказал он, — эти люди не сумасшедшие. Они строят заводы для военного производства и не хотят, чтобы мы об этом знали». По воспоминаниям Кана, «они были любезны и внимательны, но не раскрывали своих истинных целей»75. Впрочем, уже к концу 1931 года Альберт Кан, должно быть, составил вполне ясное представление о том, что СССР готовится к возможной войне. «Нет никаких сомнений в том, что Россия готовится к такому событию настолько основательно, насколько это возможно, как нет сомнений и в том, что многие новые заводы спроектированы с расчетом на выпуск военной продукции в случае необходимости», — отмечал Кан в своем докладе, представленном в 1931 году Детройтскому отделению Американского института архитекторов. (76)

Завершив работу в Сталинграде в 1930 году, многие американские мастера и инженеры переехали на строительные площадки других тракторных заводов, спроектированных архитекторами бюро Кана: один из них возводился в Лосеве (в пригороде Харькова, Украина), а другой — в Челябинске (Сибирь). Харьковский завод, рассчитанный на выпуск от 50 до 60 тысяч тракторов в год, был практически точной копией сталинградского предприятия; при этом проект был усовершенствован, однако возникли и новые трудности, вызванные сокращением импорта стали. Завод строился преимущественно из железобетона, а необходимая сталь поступала из Германии, причем не в виде готовых конструкций.

Строительство началось 28 января 1930 года. В июле 1930 года Леон А. Сваджян, только что завершивший работу в Сталинграде, стал главным руководителем строительства в Харькове (в 1933 году за эту работу он был награжден орденом Ленина). В интервью газете *The Moscow News* Сваджян отметил, что темпы строительства Харьковского завода были самыми высокими за всю его практику, а объем работ, выполненных за один год, — беспрецедентным. Особенно трудно приходилось американским инженерам, «привыкшим к стране, где можно заказать что угодно сегодня и получить это уже на следующий день». Сваджян также упоминал о постоянной нехватке даже неквалифицированной рабочей силы. Были приглашены сотни иностранных рабочих и мастеров, а к неоплачиваемым строительным работам ежедневно привлекали сотни харьковчан — мужчин, женщин и даже детей: «профессоров, милиционеров и отряды пионеров». С другой стороны, в плане производства Харьковский завод оказался в выигрышном положении: он получил большой штат квалифицированных рабочих, прошедших «школу» в Сталинграде, тогда как Сталинградскому заводу приходилось обучать массу необученных людей, совершенно не знакомых с техникой, которой им предстояло овладеть. Харьковский тракторный завод — первый на Украине и крупнейший в то время в СССР — начал работу 1 октября 1931 года; как и Сталинградский завод, он выпускал копии трактора International Harvester 15-30. К сентябрю–октябрю 1941 года (перед эвакуацией на Алтай, в Сибирь) завод перешел на производство легких танков Т-16 (ХТЗ-16) и дизельных танковых двигателей.

29 мая 1929 года Совнарком принял решение о строительстве еще одного советского промышленного гиганта — тракторного завода в Челябинске, расположенном в 1100 милях к востоку от Москвы (дальше от западной границы, чем Сталинград). Планировалось, что завод будет выпускать не менее 40 000 гусеничных тракторов мощностью 60 лошадиных сил и весом 10 тонн ежегодно. В июне 1929 года администрация будущего предприятия — «Челябтракторстрой» — была сформирована как новое подразделение Государственного института по проектированию металлургических заводов («Гипромез»). В марте 1930 года, после того как переговоры с компанией Caterpillar о технической помощи в проектировании и производстве тракторов зашли в тупик, представители «Челябтракторстроя» открыли в Детройте инженерное бюро под названием «Челябинский тракторный завод» (Chelyabinsk Tractor Plant); оно разместилось на 13-м этаже здания Union Trust Building по адресу: Гризвольд-стрит, 500 (рис. 11). Бюро возглавил будущий директор завода Казимир П. Ловин, а в его штат вошли двенадцать американских и сорок советских инженеров. Работу американской группы курировал Уоррен Нобл из компании Noble Engine Company (Кливленд); ему помогали бывшие инженеры Caterpillar, в том числе Эдвард Дж. Терри. Советская группа состояла из будущих инженеров и руководителей производственных подразделений челябинского завода; ее возглавлял будущий заместитель директора и главный инженер предприятия Элизар И. Гуревич.80 Помещения на Гризвольд-стрит были заполнены различными узлами и деталями машин, предназначенными для испытаний инженерами, — в том числе разобранным трактором Caterpillar.81 На основе результатов этих испытаний организация «Амторг» заключила контракты на поставку материалов и оборудования с рядом американских фирм, многие из которых находились в штате Мичиган.

Проект Челябинского тракторного завода был разработан в детройтском бюро Альберта Кана при участии работавших там советских инженеров. Кан высоко отзывался о советских специалистах, с которыми ему довелось сотрудничать в Детройте: «Люди, которых отобрали для работы с нами, отличались вежливостью, стремлением к знаниям и высочайшим интеллектом; с ними было приятно иметь дело, и они обладали глубокими профессиональными знаниями»82. Однако предварительный проект, подготовленный институтом «Гипромез», был отвергнут архитекторами бюро Кана. Вместо дюжины разрозненных цехов они предложили возвести три гигантских одноэтажных модульных корпуса, вмещающих литейный, кузнечный, сборочный и все вспомогательные цеха, а также заменили железобетонные опоры на открытый стальной каркас. Это позволило увеличить ширину пролетов и обеспечило гибкость планировки, сделав завод, по словам Кана, «более универсальным». В изданной в 1972 году книге, посвященной истории Челябинского завода, впервые с начала 1930-х годов кратко упоминалось участие Кана в этом проекте. В ней описывалось, как Ловин, несмотря на растущий дефицит стали, поддержал предложение Кана, поставив на кон свою карьеру и рискуя быть арестованным (за «необоснованное завышение стоимости строительства»). В книге отмечается, что использование стальных конструкций позволило в 1941 году быстро перепрофилировать завод на выпуск танков, которые весили вдвое больше тракторов, без необходимости возведения новых мостовых кранов. (83)

Проектирование завода было завершено к 7 июня 1930 года. Чтобы не терять времени в условиях короткого сибирского лета, основные проектные данные — такие как главная осевая линия, привязка к координатной сетке и габариты зданий — были переданы в Россию телеграфом, что позволило немедленно приступить к земляным работам под будущие фундаменты. Строительство началось 10 августа 1930 года, поначалу без участия иностранных специалистов. Однако 19 марта 1931 года газета «За индустриализацию» опубликовала письмо за подписью инженеров и экономистов завода, в котором говорилось, что проект находится «на грани срыва». Для работы были привлечены американские инженеры, в том числе Калдер, а в начале осени 1931 года из Харькова в Челябинск прибыл Леон А. Сваджян, назначенный генеральным руководителем строительства. Главным инженером-консультантом по проектированию тракторов в 1932–1933 годах был Эдвард Дж. Терри; запуск производства также проходил под наблюдением бывших инженеров компании Caterpillar.

Челябинский тракторный завод производил еще более сильное впечатление, чем завод в Сталинграде. Обладая производственной мощностью, втрое превышающей показатели завода компании Caterpillar в Пеории, он занимал территорию площадью более 2471 акра; общая площадь крытых производственных помещений составляла около 1 780 000 квадратных футов и включала гигантский сборочный цех (размером 1500 на 650 футов и высотой 40 футов, с пролетами шириной 100 футов), литейный цех (770 на 650 футов) и кузнечный цех (670 на 420 футов), соединенные между собой подземным туннелем протяженностью четыре мили (рис. 12–14).

1 июня 1933 года с конвейера сошел первый советский гусеничный трактор — «Сталинец-60». Он работал на лигроине и представлял собой точную копию модели Caterpillar 1925–1931 годов.87 (Вплоть до середины 1930-х годов большинство тракторов, производимых в СССР, копировалось с американских образцов без какой-либо компенсации владельцам патентов.)88 «Челябинский завод был построен на наши собственные средства, благодаря нашей собственной энергии и силами наших собственных конструкторов и инженеров», — гласила передовица журнала «СССР на стройке»; весь этот номер был посвящен открытию завода и содержал десятки фотографий ярко освещенных зданий, украшенных портретами Сталина и других партийных лидеров (но в нем не было ни слова о Кане и его архитекторах). В издании описывались «грандиозные цеха, залитые светом и воздухом», и особо отмечались сборочный и литейный корпуса — «крупнейшие в мире», которыми «не могут похвастаться ни Ford, ни Caterpillar». В своей речи на торжественном собрании член Политбюро и ЦК М. И. Калинин подчеркнул значение производства тракторов для советского сельского хозяйства и особо выделил «огромную роль, которую челябинский гусеничный трактор сыграет в укреплении обороноспособности нашей страны». (89)

Каждый ваш вклад имеет большое значение. Поддержите независимые научные исследования автора и помогите более глубоко изучать важные темы сегодняшнего дня

Пополнить банку на независимые научные исследования

Автор: Сергей Просветов

Просмотров всего: 4171 Просмотров сегодня: 4171

• Кан трактор Сталинград